НЕ ЛЮБЛЮ СЕБЯ!

нет меня«Как полюбить нелюбимое?»

С психологического форума в сети Интернет.
«Всё моё отношение к себе можно описать такой фразой: я всю жизнь пытаюсь полюбить человека, который мне не нравится, но с которым мне, увы, суждено прожить всю жизнь. Мне страстно хочется быть не собой — быть другой. А в этом человеке мне кажется всё неприятно, бесприютно, холодно и пошло — я не люблю себя.

Если бы я была сторонним человеком, я бы подумала, что это неплохой человек, и что-то в нём вызывает жалость и сочувствие. Но я не люблю его, это просто «не моё», не лежит душа. И я бы не общалась с таким человеком, потому что от него нечего взять, это общение вызывает чувство пустоты.

Как такое можно чувствовать к самой себе? Как это изменить? Я понимаю, что нет объективных причин мне считать себя ужасной — я не лучше, не хуже всех остальных. Я себе просто не нравлюсь. Мне хочется быть тем, чем я, видимо, не являюсь.

Признание того, что я — унылое говно:) — чревато истерикой и физической слабостью, почти болезнью (иногда я плачу по нескольку дней, у меня отекают глаза, падает давление, я могу сутками лежать в полу-беспамятстве). Потом я чуть-чуть восстанавливаюсь, продолжаю существовать, и со временем всё повторяется.

Это длится уже года четыре, или даже больше, и не связано ни с какими циклами и жизненными периодами. Просто из года в год мне всё тяжелее и хуже от понимания того, что годы идут, я начинаю стареть, а ничего не меняется. Я так и не начала жить…».

Это обращение «в мир» тронуло не только моё сердце — к нему за два дня было зарегистрировано 145 комментариев.

«Не вижу для себя перспектив»

 С психологического форума в сети Интернет. «…Я не получаю удовольствия от общения. Так выходило, что у меня в детстве вечно были проблемы с любым из детских коллективов — меня травили, со мной не хотели общаться. К классу седьмому осознала, что со мной практически не о чем разговаривать. Однако с подросткового возраста мечтала, что у меня будет работа, связанная с общением (журналист, дипломат), где общаться нужно будет на профессиональном уровне, где меня научат, как общаться с людьми.

И сейчас меня часто упрекают в моей стеснительности, необщительности, неактивности. Мне очень тяжело общаться с любыми людьми, кем бы они не являлись, иногда приходится прилагать усилия к тому, чтобы продолжать разговор. Часто не воспринимаю, о чём говорят окружающие между собой.

Я выучилась на психолога, но, боюсь, по специальности у меня не получится работать с такими-то коммуникативными навыками. …Я не вижу для себя никаких перспектив. Так получилось, что у меня нет никаких навыков, мне очень сложно сосредотачивать внимание, поэтому, видимо годы обучения мне на пользу не пошли. Обидно, что на работе я не использую никаких профессиональных навыков. Мне хотелось работать с детьми, пробовала работать воспитательницей, но «оттуда попросили», так как я не могла ничем увлечь детей.

Вообще даже не знаю, чем бы мне самой хотелось заниматься в жизни. Или просто мои «хочу», «надо», «могу» — никак не пересекаются, поэтому пробую себя везде, где вижу возможность. Иногда мне кажется, что у меня просто мозгов нет, раз вижу мало для себя каких-то возможностей…

Вопрос в том, как увидеть для себя перспективу и заниматься тем, что приносило бы людям пользу. И вообще, что значит быть активным человеком, как стать более «шустрой», что ли?».

«Как такое можно чувствовать к самой себе?»

Нелюбовь к себе не рождается вместе с нами, она формируется из неприятия ребёнка родительскими фигурами таким, какой он есть. Всё, что им не нравится в его детских проявлениях, старшие выделяют (подчёркивают) негативной оценкой и демонстрацией своего плохого отношения за это вплоть до отвержения. Чтобы сохранить любовь к себе своих близких, ребёнок стремится соответствовать ожиданиям окружающих, и сам начинает не любить в себе то, что не нравится им, подавляя свои отвергаемые чувства, мнения, желания, стремления…

Постепенно все не соответствующие внешним ожиданиям детские свойства складываются в образ «себя-плохого», которого ребёнку приходится постоянно сдерживать, чтобы не вызывать плохое к себе отношение. За этим строго следит его самооценка, являющаяся прямым продолжением оценки родительской. И «работает» самооценка по тому же принципу: угрозой отвержения — правда, уже собственного, становясь суровым сдерживающим механизмом в самопроявлении и самореализации человека. Это её критические выводы слышит наша героиня в свой адрес: «Не воспринимаешь, о чём идёт речь», «Не можешь ничем увлечь», «Не знаешь, чем заниматься в жизни» и «У тебя просто мозгов нет». Так появляются: стеснительность, необщительность, неактивность, и то, что «со мной практически не о чем разговаривать».

Весьма возможно, что у этого человека зафиксировался запрет на проявление себя в общении, когда критиковалось какое-то её поведение, связанное с детской активностью — в конце высказывания появляются указывающие на это вопросы: «Что значит быть активным? Как стать более «шустрой»?

При запрете «быть собой» главной задачей становится стремление стать другим — более лучшим. Повествование другой нашей героини как раз и начинается со страстного желания «быть не собой». И возникает ощущение, как будто в это время что-то настоящее и живое в человеке оттеснёно куда-то в глубину себя, где оно не живёт, а ждёт спасения… в своём убежище, не доверяя миру и не умея в нём жить (подобно маленькому ребёнку). Что и подтверждается её заключительной фразой: «Я так и не начала жить…».

Такой человек, на самом деле, живёт лишь «частью себя» — той, которую принимает в себе. А запрещённая «часть себя» спрятана внутри, как преступник в тюрьме или сумасшедший в психушке. И тогда: «Мои «хочу», «надо», «могу» — никак не пересекаются».

Удивительно, как сильно бывают заточены люди в рамки своих убеждений, жёстко ограничивающих их поведение. Человек как будто находится в стеклянном шаре, отделяющем его от других — из сложившихся в раннем детстве представлений. И выйти из этого заточения самостоятельно, без сторонней помощи практически невозможно: «Годы идут, я начинаю стареть, а ничего не меняется…».

«Как это изменить?»

Бессмысленно ругать себя за неспособность измениться — никто не может поменять своё поведение, не поменяв убеждений, которые этим поведением управляют. Любое человеческое поведение исходит из внутреннего «свода законов», сложившегося в детстве в условиях адаптации к родительской семье. И вся проблема в том, что мы вырастаем, а «законы» в своей основе остаются прежними.

Конечно же, весь этот «детский сюжет» подлежит пересмотру в психотерапии, позволяющей изменить отношение к самому себе — это и обозначает «работу над собой». Чтобы через принятие, возвращение себе отвергнутых когда-то своих качеств, черт, чувств, желаний, стремлений, талантов восстановить целостность своего «Я» — лишь тогда можно жить полной жизнью. К сожалению, не заведено в нашей жизни такого правила, чтобы человек на каком-то этапе жизни проводил бы ревизию своих детских представлений о своих отношениях с миром, чтобы пересмотреть и заменить те из них, что уже не помогают, а мешают ему жить. Это было бы похоже на инициацию для перехода во взрослую жизнь.

Почему-то психология, обладающая немалыми знаниями о человеке, не проникает в широкие массы. Несмотря на то, что ей не менее века, у большинства непсихологов до сих пор весьма пространное понимание того, что это такое. Кто-то относит психологию к медицине, кто-то — к педагогике, а часто можно видеть объявления о «психологах»— гадателях и предсказателях. Но ведь это ни то, ни другое и ни третье.

Мне кажется очевидным, что психология призвана объяснять механизмы, управляющие человеческим поведением. А психотерапия позволяет человеку с помощью специалиста распознавать нарушения этих механизмов в самом себе, для того чтобы изменить своё поведение при неудовлетворяющей его жизни. Это может быть и область чувств, и телесное неблагополучие, и жизненные события — всё может зависеть от вредящих самому себе убеждений, которые человеку нужно осознать в себе.

Каждый должен знать, что ему следует делать вместо того, чтобы «грызть себя» за плохое своё поведение. Необходимо найти хорошего психолога, чтобы начать «работать над собой». А хороший психолог — тот, кто сам прошёл путь осознания собственных «тараканов» в своей голове, чтобы обрести достаточный уровень осознанности, на котором он сможет помогать другому человеку эту осознанность обрести. То, в чём он будет помогать Вам, он должен пройти сам в его собственной (личной) психотерапии. Любопытно то, что мои клиенты-не психологи, которые длительно работают «над собой», непременно говорят о том, что они в этой работе получают «второе высшее». И действительно, человек, прошедший психотерапию, сам становится способным в дальнейшем помогать не только себе, но и другим.

Однако в нашей культуре не принято пользоваться услугами психолога-психотерапевта до того, как его психологические проблемы «материализуются»: станут неблагоприятными событиями или нездоровьем. Чаще всего лишь большое страдание приводит человека к психологу. А когда приходит, я часто слышу, что, если бы он начал работать «над собой» раньше (лет на десять), то у него не было бы таких(!) проблем…

Отношения с собой — базовая тема работы в психотерапии, поскольку все отношения человека с другими это всего лишь отражение вовне его «внутренних» отношений. Так, если человек дружит с самим собой, то у него легко складываются отношения и с другими. И, напротив, внешние конфликты случаются у того, кто носит в себе конфликт «внутренний».